BelKamFish

В Боровом, на Большом Чебачьем

В Боровом, на Большом Чебачьем

Боровой район называют «Казахстанской Швейцарией». Расположен он между Астаной и Кокшетау, а я родился и вырос рядом, в Кокчетаве. В любую пору от нас, с высоких кокчетавских сопок, были видны горы Борового — голубые в ясную погоду, синие — в облачную, а если небо было пасмурное, затянутое тучами, то их цвет становился холодным — индиго.
В детстве мы забирались с друзьями на крышу дома и смотрели в бинокль на далекие горы. Наша подружка Наташка показывала, куда глядеть. Она ездила на летние каникулы в Боровое и поэтому знала об этих местах много интересного.
— Вон там, за Синюхой, озеро Большое Чебачье, на нем остров, до него можно дойти по колено в воде. А за той горой другое озеро...
Наше детское воображение рисовало хрустальные озера у подножия гор, острова, сосны, таинственную пещеру, где прятался казахский разбойник Кенесары. Мы завидовали нашей подружке и клялись самыми верными мальчишескими клятвами непременно побывать там.
Мое желание исполнилось через много лет. В этот отпуск я принял твердое решение порыбачить в боровеких озерах. Перед поездкой изучил предложения турбаз и домов отдыха, нашел подходящее, и, дождавшись заветного дня, сел в поезд.
В Кокчетаве мой младший брат, узнав о цели поездки, неожиданно предложил:
— Зачем тебе турбаза? Я могу организовать поездку. Друзья давно собирались отдохнуть на озерах. Поедем?
Слушая вполуха телефонную беседу с неведомым мне Сергеем, я удивлялся Юриному предложению — летом его никуда не вытащить. В отличие от меня, он ездит исключительно на ночную зимнюю рыбалку, и только за сигом. Они с приятелями ставят на льду Большого Чебачьего капитальную будку, сбитую из деревянных брусков, фанеры, пенопласта, регистрируют ее в Боровском охотхозяйстве и по выходным вкушают радости комфортной ловли в тепле, даже при -40° с ветром.
Поездка в Боровое была назначена на 12 часов следующего дня. На выезде из города меня спросили: на какое из озер хочешь отправиться? Вопрос застал меня врасплох — как можно выбирать из того, о чем не имеешь понятия?
— Где красивее... Где гора Ветряная баба и «танцующая» роща.
- Это на озере Боровом. Там делать нечего: чебак, ерш и мелкий окунь. Хорошая рыбалка на Большом и Малом Чебачьих. На Малом — судак и лещ, на Большом — сиг и окунь. Давай лучше туда махнем!
Накатанная полевая дорога тянется вдоль берега среди нагромождений валунов, у обрывов и каменистых пляжей. Берег сокрушает тугая волна, стекая обратно пеной. Мы едем за перевал на озеро Большое Чебачье, защищенное от ветров километровой высотой горы Синюхи.
Извилистая дорога уходит вверх, к горам, и я жадно смотрю на великолепие каменных изваяний, созданных природой, — среди изумрудных сосен возвышаются бастионы с зубцами, витязи в шлемах, звери и чудовища. Кажется, будто ты попал в сказочное средневековье. Смотришь прямо — видишь причудливые скалы и утесы, отвернулся — боковое зрение улавливает силуэты оживших драконов...
Впереди показался большой остров, левее него — длинный мыс. Завсегдатаи называют его «язык», острословы прибавляют «тещин». На самой оконечности «тещиного языка» есть маленькая полянка, с одной стороны окруженная березой, с другой — облепихой. Здесь мы и разбили лагерь.
Я собрал спиннинг и поспешил к берегу. Вода оказалась настолько прозрачной, что дно видно метров на десять. Перед забросом не преминул отставить спиннинг, обмакнуть в воду руки и по традиции обратился к Хозяину озера:
— Водяник, батюшка, не прими как врага, прими как друга. Не обойди милостью своей, дай рыбки малость, не для наживы, пропитания ради, — и бросил в воду кусочек хлеба. Не помню, где я впервые увидел это действо, но почему-то на душе после него каждый раз становится светло.
Полетел в прозрачную воду желтый твистер, приводнился в 30 м от берега. Леска вздрогнула и провисла. Мелко, около 2 м Ничего, и на мелководье тоже берет, даже лучше.
Десять шагов вправо — очередной заброс. Глубина тут еще меньше, приманка попала в заросли донной травы, похожей на спорыш. Еще десять шагов, и опять после заброса угодил в «сенокос». Только через несколько продолжительных переходов я нашел на расстоянии заброса с берега глубокое место, и твистер заспотыкался на «ступеньке». Отлично, дно каменистое, окуневое...
Но все тщетно, ни поклевки. В ход пошли «вертушки». Поставил свою королеву светлых вод — черную в крапинку, и решил возвращаться тем же маршрутом к нашей стоянке. Заброс за забросом, смена цвета и форм, но нет клева. Но почему-то уверен, что здесь рыбу я возьму.
Дошел до места, откуда начал рыбалку и остановился. Все, стоп. Рыба здесь капризна, в прозрачной воде далеко видит, следовательно, поклевки будут дальше 15 м от берега.
Я начал рыться в коробке с запасными приманками и на самом дне нашел пакетик с прозрачными коричнево-зелеными твистерами. Подойдет, попробую. Теперь остается найти стоянку стайного окуня. Верные помощницы — чайки — кружат далеко от берега, не достать, но все равно надо идти в их сторону, рыба где-то неподалеку.
Стал наблюдать за поведением птиц. Крупная чайка отделилась от стаи и тяжело полетела к берегу. Сделав несколько кругов, повисла над едва торчащим из воды островерхим камнем, пронзительно крикнула и улетела прочь, взмыв по дуге.
Я немедленно поспешил туда, тихо ступая по берегу. Заброс, еще один, и еще много забросов проверенным желтым твистером. Ни тычка. А твистер под пиявку?! Надо поставить! Не успела эта приманка заглубиться, как рука почувствовала железный вис.
Подсечка, и сильная рыба ровными широкими толчками начала пригибать вершинку спиннинга к воде. После короткой борьбы в моих руках оказывается первый окунь из Большого Чебачьего. Красноперый, светло-зеленый, с белым брюхом, горбатый и невероятно жирный, со щеками надутыми, как у пузыря.
Размашистый плавный заброс, и другой полосатый попадает в мою сумку... Спасибо чайке!
Я отыскиваю каменные банки на дне и у каждой неизменно вытаскиваю по 2-3 окуня. В одном из таких мест мне посчастливилось понаблюдать за поведением полосатых хищников. Когда я стал вываживать очередного, за ним устремилась целая стайка. Они окружили пойманного сородича и стали методично бить в головку и тельце твистера, торчащего из его рта. Увлеченные этим занятием, окуни заметили меня только у берега, но тут разом остановились и поспешили под укрытие большого валуна неподалеку, а севший на крючок хищник трепыхнулся, освободился от крючка и ушел прочь.
После этого я понял причину частых сходов. Окунь брал вяло, засекаясь за край губы. При рывках рыбья губа рвалась еще больше, а если жадные сородичи пытались выхватить добычу изо рта, то он вообще благополучно освобождался от крючка. Хотя нередко после схода приманку атаковал другой окунь из стаи.
Когда были найдены стоянки полосатого хищника и подобран ключ к рыбе, мне захотелось поэкспериментировать, чтобы окончательно понять пристрастие местного окуня к приманкам. Я забрасывал проверенный твистер-«пиявку», после поклевки менял приманку на другую. Но нет, на новую силиконовую рыбку окунь не позарился.
А если предложить ему «вертушки»? Когда я выманил стайку к берегу, «полосатики» затаились за камнем, ожидая дальнейших событий. Желая соблазнить их на поклевку, я начал забрасывать «вертушки», И черная, и белая остались нетронутыми. Ушли окуни? Тут же на разведку отправилась силиконовая «пиявка», в ответ на ее появление в воде из-за камня появилась и мгновенно спряталась окуневая голова величиной с добрый кулак. Есть, стоят голубчики!
Последней непроверенной осталась медно-красная «нулевка» с длинным лепестком. Заброс — моментальная поклевка. Еще заброс, еще поклевка! Я обрадовался успеху и начал ловить на «медяшку».
Очередной сюрприз — хищник перестал клевать. Я подумал, что стайка горбачей переместилась в сторону, но только забросил твистер-«пиявку», как влет последовала поклевка. Стало понятно: на «вертушку» клюет только раззадоренный окунь, мимо рта которого проплыл лакомый кусок.
Сделав такой вывод, я пошел дальше искать новые окуневые стоянки. По пути мне думалось о переменчивости рыбьего вкуса и о воле случая. Не окажись случайно в коробке эти твистеры, быть мне в проигрыше. А сейчас лямка сумки режет плечо от тяжести улова, больно, но приятно...
Я любовался озером и составлял план дальнейшей рыбалки. Скоро закат, должна брать крупная рыба, надо попытать удачу. Солнце начало валиться за лес, тени удлинились, залиловели. Громада Синюхи потемнела, став суровой и торжественной. Я возвращался назад и облавливал места, где днем брал окунь. Меня тянуло к точке ловли, которую ранее указала чайка.
Подошел к знакомому белому камню. На второй проводке клюнуло что-то солидное. Силен окунь! Два раза хватило ему мощи остановить ход катушки, развернуться и тянуть назад, изгибая тонкое удилище. Фрикцион потрескивал от натуги. А вот и добыча — окунь граммов на 400, которого даже не охватывает ладонь. Хорош! Дальше поклевки следовали через несколько забросов, и хищники попадались под стать первому — толстые и горбатые.
На стоянку я вернулся в сумерках. Новые друзья одобрительно посматривали на пухлую сумку:
— Хвастайся! Вскрыл Большое Чебачье? Мы и не сомневались.
...А у меня отпуск только начинался. Эх, оторвусь! Впереди были рыбалки на Чаглинском водохранилище, Ишиме и, конечно, на реке Бурлук. Не обмануло Боровое.

Не обмануло Боровое

<<< Вернуться в раздел