BelKamFish

Рыба окунь (Регса fluviatilis)

Окунь - «биография» горбача

Окунь-«биография» горбача

Человеческая память причудлива. Бывает, в ее закоулках исчезают почти бесследно, словно растворяются, события и факты неординарные, наложившие определенный отпечаток на последующую жизнь, и в то же время заботливо хранятся и в нужный момент услужливо «выдаются» пустячные по содержанию фрагменты из далекого детства, притом так ярко, будто не пролегла между днями — тем и нынешним — полувековая межа.
Одно из таких видений связано у меня с окунем. Отчетливо вижу большую округлую бочажину в золотистой тростниковой окаемке, пляску серебряных бликов на тронутой рябью поверхности, нарядную полосатую рыбину, зажатую в обеих руках, ее вздрагивающий алый хвост... И, конечно же, до сих пор помню свою безмерную радость... Неравнодушие к этому подводному щеголю не притупилось на долгом пути, напротив,— окрепло и побуждает вновь и вновь искать встречи с ним, часто в ущерб охоте за другими, более престижными, что ли, рыбами, вроде щуки, судака, леща. На этом пути бывали счастливые моменты удачи, бывали и огорчения.
В предлагаемых заметках сделана попытка обобщить личные наблюдения и опыт товарищей по увлечению, а также разрозненные литературные сведения об окуне и его ловле.

Кое-что из «биографии» окуня

Окунь (Регса fluviatilis) широко распространен в водоемах нашей страны. Он населяет пруды, озера, реки (кроме горных), солоноватоводные заливы Балтийского, Азовского, Черного, Каспийского, Аральского морей, Северного Ледовитого океана (от Колы до Колымы). Акклиматизирован в верховьях Амура (озера Кенон, Арахлейские). В Балхаше обитает родственный вид — балхашский окунь.

В водохранилищах, обширных озерах окунь представлен двумя экологическими формами: травяником — некрупным, тугорослым, который придерживается мелководий и питается в основном беспозвоночными и глубинным — быстрорастущим, ведущим хищный образ жизни.

Тело окуня зеленовато-желтое, покрыто мелкой ктеноидной (с шипиками по заднему краю) чешуей. На боках — пять-девять темных вертикальных полос. Глаза оранжевые. Брюшные, анальный и хвостовой плавники — красные. При постоянстве рисунка окраска варьирует от светлой до почти черной (в торфяных карьерах). С возрастом заметнее становится горб. Рот усеян мелкими зубами, клыки отсутствуют. Максимальная длина превышает 50 сантиметров, вес — до 3 килограммов. Самки крупнее самцов.

Нерестится весной, в средней полосе — вслед за щукой, когда температура поднимется выше 7—8 °С. Икру, заключенную в студенистые трубки различной длины (у крупных особей — до метра), самки откладывают на растительность, коряги, корни, залитые водой ветви деревьев. Число икринок от 12 тысяч до 300 тысяч, редко — больше. Личинки появляются через две-три недели.

Мальки питаются зоопланктоном, хищниками становятся, достигнув длины 4—10 сантиметров.

Окунь не имеет в водоеме обособленной экологической ниши. Вся его жизнь — в реке ли, озере — связана с повседневной, жестокой, не знающей передышки борьбой за выживание. Исключая, пожалуй, растительноядного амура, все другие позвоночные обитатели глубин, а также рыбоядные птицы, водные насекомые и их личинки в той или иной степени его конкуренты и враги. Причем соперничество идет не только между видами, но и внутри популяции. Не успел увернуться от более крупного сородича — перестал существовать, упустил раз-другой съедобный кусочек — замедлил свое развитие, а там, глядишь, и в чью-то пасть угодил.

Большой урон поголовью окуней наносит человек. И если пока еще неисчислима окуневая рать, то лишь благодаря огромной плодовитости, высокой приспособляемости к условиям обитания. Правда, вокруг крупных городов и промышленных центров, где пресс любительского рыболовства особенно тяжел, в уловах уже преобладают «матросики» — окуньки-травяники. Очевидно, их доля в популяции увеличивается, поскольку быстрорастущий глубинный окунь становится половозрелым позже, а значит, имеет меньше шансов дожить до первого нереста.

В водоемах, где ихтиофауна еще не ощутила заметного воздействия человека (а таких озер в северных и, восточных краях многие тысячи), главным регулятором численности окуней выступает щука. Иногда ей удается совсем выжить окуней из водоема и стать единственным его обитателем. Но бывает и наоборот: окуни вытесняют из озера своего извечного врага. Нередко такой водоем кишмя кишит окунями одного размера, свободно умещающимися на... ладошке. Недомерками они стали из-за перенаселенности водоема и отсутствия эффективной «выбраковки», какую осуществляет щука.

Решающее влияние на темп роста окуня оказывает окружающая среда. В обширном, кормном, с хорошим газовым режимом водоеме окунь набирает вес и увеличивается в длину довольно быстро, хотя вообще эта рыба тугорослая. Например, шести-семилетний окунь из озера Ильмень (Новгородская область) вдвое крупнее окуня того же возраста из реки Печоры. Поэтому рыболову необходимо первого выловленного окуня взвесить и соотнести вес с возрастом. Если двухлетний окунь потянет 20 граммов, трехлетний — 50—60, четырехлетний — 90—100, пятилетний — 150—200 граммов, есть все основания рассчитывать на встречу здесь с рекордными экземплярами.

В поисках пищи окунь полагается на обоняние, боковую линию, но, главным образом, на зрение. Поэтому он активен в светлое время суток; в отличие от щуки, действующей из засады, он чаще преследует свою жертву.

Один штрих: хотя окунь — рыба дневная, яркого солнечного света он сторонится, предпочитая ему затененные места. Полдневной порой крупные окуни — горбачи совсем не случайно оказываются подчас под лодкой ничего не подозревающего удильщика. И если им предложить подходящую приманку — живца или малька, не отказываются от угощения. Нередко — это характерно для горбачей — и летом, и зимой поклевки случаются в предрассветной мгле, если насадка попала в поле зрения хищника.

Встреча с окунем возможна в любом месте водоема. Он, как и плотва, вездесущ. Попадается на участках с дном твердым и заиленным, на мелководье и глубине, в придонном слое и у поверхности, среди растительности, коряжника и вдали от таких укрытий. Но, исключая предосенний и осенний периоды, когда окуни сбиваются в стаи и преследуют мальков по всему плесу, для целенаправленной охоты нужно знать характерные стоянки и особенности поведения хищника.

Без большой натяжки окуня можно причислить к оседлым рыбам: вся его беспокойная, полная драматизма жизнь проходит на определенной территории. Однако и на этом пространстве есть места, где его можно найти почти наверняка. Это песчаные скаты в глубину, участки у водных зарослей и прогалы среди них, удаленные от берега подводные возвышенности, особенно каменистые, коряжник, протоки, соединяющие озера. Попадаются окуни возле небольших куртинок растений на мелководьях плеса.

В водохранилищах, ложе которых до заполнения не было расчищено, окуни выбирают на прибрежных участках затопленные сосны, ели, в густом переплетенье сучьев находя, наверное, надежное укрытие от врагов. Держатся окуни также у оставшихся на дне пней, вдоль береговых кромок ушедших под воду ручьев, речушек, оврагов, на бывших тропинках, полянках и тому подобных местах, ставших дном рукотворного моря.

В реках окуней следует искать в заводях, заливах, затонах, устьях притоков, ямах, омутах, на тиховодьях за мысами, островами, где течение замедляет бег или вовсе прекращается. И здесь окуни тяготеют к камням, корягам, бугоркам и выбоинам на дне, подмоинам у берегов.

Крупные особи таятся в глубине, разыскивают в подводных закоулках добычу в одиночку.

Явные и скрытые пружины клева

Почему окунь так смело, порой бесцеремонно хватает приманку? Чтобы утолить голод? Слов нет, пищевой рефлекс, наряду с инстинктами самосохранения и продолжения рода, управляет поведением рыбы. Немало, однако, фактов, не укладывающихся в рамки такого объяснения. Приходилось видеть полосатых хищников, так набитых молодью карповых, что хвост последней жертвы торчал из пасти. И все-таки они пытались хапнуть еще.

Вероятно, имея в виду такую непомерную жадность, Л. П. Сабанеев назвал окуня рыбой глупой и неосторожной. На мой взгляд, это всего лишь следствие присущего стайным хищным рыбам азартного соперничества, биологической агрессивности окуня. Ему проще схватить добычу и потом выплюнуть ее, если она окажется несъедобной, нежели упустить потенциальный корм, а главное — позволить завладеть им сопернику. Опередить! — вот главный стимул многих поклевок, вряд ли случившихся бы, не будь поблизости конкурентов (разумеется, речь не о поклевках голодной рыбы).

На Череповецком водохранилище и озерах Русского Севера мне не раз доводилось попадать на большой косяк, и я всякий раз поражался, в какое возбуждение, просто ярость, неистовство - трудно подобрать точное определение — впадали окуни при виде опущенной в воду блесны или мормышки.

Как-то, зажав в руке отрезок толстенной лески с блесной на конце, я «макал» ее в воду то с левого, то с правого борта, без промедления ощущал удар и выдергивал горбача на 300—500 граммов. Окуни срывались с крючка, выпрыгивали из одноместной резиновой лодчонки (в азарте было не до садка, да и зачем?), а другие тут же, пренебрегая элементарной осторожностью, вновь скопом набрасывались на блесну и самый «удачливый» из них повисал на крючке. Казалось, они сошли с ума!

Вода кипела от всплесков множества рыб. И от этого буйства, честно сказать, становилось не по себе. По свидетельству местных рыболовов и инспекторов рыбоохраны, встречаются стаи окуней, состоящие из вдвое-втрое больших по размеру рыб! На пустынном плесе я бы не рискнул на своем резиновом суденышке, принимая во внимание острые, как иглы, колючки плавников и заостренные жаберные крышки, заплыть в гущу таких взбесившихся рыбин...

Упомяну некоторые другие, не навязанные требованиями желудка, мотивы поклевок. Окуню, как и другим рыбам, свойственно любопытство. Порой окуни не прочь поиграть тем же мотылем, раз за разом хватая его и выплевывая. Нередко в таких случаях печальный финал повести о жизни полосатого озорника «дописывает» рыболов.

В часто посещаемых водоемах крупные окуни становятся осторожными. Для поимки их требуется немало усилий, смекалки. В карьере близ подмосковного города Люберцы матерые горбачи игнорировали все мои (и других кружочников) попытки добиться поклевки. Успех пришел, когда кружки, вдвое уменьшенные, я оснастил леской 0,25 миллиметра, а живца — пескарика — подцепил небольшим крючком за ноздрю, и он свободно, без грузила, гулял в глубине, доставая дно. Стали попадаться окуни от 400 граммов до килограмма. У многих пойманных рыбин в желудках были мелкие окуньки. Выходит, окунь жировал, но воздерживался от хватки рыбешки на стандартной оснастке, видимо, хорошо ему знакомой.

В реках, водохранилищах, обширных озерах с обилием родников окунь ловится в течение всего года, за исключением поры нереста. Правда, активность его не всегда одинакова. За вспышками незаурядного клева обычно следует череда дней, когда вместо тяжеловесных горбачей приходится довольствоваться окуньками-травяниками, годными лишь для ухи или для наживки при охоте за крупными хищниками. В глухозимье клев и вовсе непредсказуем.

Цикличность клева объясняется прежде всего тем, что в отличие от рыб мирных, быстро переваривающих пищу, окуню требуется несколько суток для усвоения крупногабаритного корма. Свои коррективы вносит и погода: резкие перепады атмосферного давления, другие неординарные явления, нарушающие привычный ритм жизни обитателей глубин (интенсивная прибыль или убыль воды, ее «цветение» и др.), вынуждают рыбу затаиваться, временно отказываться от пищи, перемещаться на более благоприятные участки. Кстати, аномалии погоды не столь заметно отражаются на клеве в девственных водоемах, что указывает на избыток там хищников и острую конкуренцию между ними.

Какие периоды наиболее благоприятны для охоты за окунем? Их несколько: вторая половина лета, осень, главным образом первоначальная — позже очень негостеприимными становятся водоемы; две-три недели после ледостава и примерно столько же накануне распадения льда, едва зазвенят ручьи и понесут под лед свежую талую воду, насыщенную кислородом. Жадный клев бывает и в предвесеннюю пору, когда окунь, стронутый с зимовальных мест большим сбросом воды, направляется в речки, впадающие в водохранилища. Поймать в такое время красноперого хищника (если он окажется в зоне ловли), как говорится, дело техники.

Обычно поклевка окуня замысловатостью не отличается: поплавок с той или иной скоростью (в зависимости от сиюминутного «настроения» рыбы) скрывается в глубине. Но попадаются и оригиналы. В старице реки Пелым (Западная Сибирь) после заброса поплавок долго вздрагивал, покачивался, чуть притапливался, оставаясь тем не менее на плаву. Было такое ощущение, будто кто-то брезгливо притрагивался к привозному червяку (местных днем с огнем не сыщешь — сплошь торф и песок) и никак не решался его проглотить. Не выдерживаю, подсекаю и становлюсь обладателем... горбача под 800 граммов. Последующие забросы и рыбалка в другие дни подтвердили крайнюю нерешительность обитающих тут окуней. Между тем в самой реке, отстоящей от старицы в каких-то ста шагах, эти хищники бросались стремглав на любую приманку, словно давным-давно ничего не ели.

Там же, в Западной Сибири, на озере Кульма посчастливилось мне помериться силами с окунем-великаном, какого ни до, ни после (еще надеюсь!) видеть не приходилось. Затерявшееся среди бескрайней болотистой низменности, очень глубокое озеро это нашпиговано родниками, не знает ни заморов, ни нашествия рыболовов.

Поклевка случилась при первом же, пробном забросе. Стоило мормышке с метелочкой из щучьей кишки на крючке чуть заглубиться, как тут же всколыхнулась поверхность, в расступившейся воде появилось огромное, как мне показалось, темное тело с карминно-красными плавниками и двинулось под лодку. На миг оцепенев от неожиданности, я не сразу связал появление озерного чудища со своей мормышкой: поплавок лежал на воде. Но тут он заскользил ко мне, леска натянулась, изгибая легкий бамбуковый прут, рука машинально выполнила движение удилищем, предотвращая поломку его вершинки, и это, видимо, обеспокоило рыбину. Она чуть изменила направление и скользнула в глубину. Меня охватил озноб. Я вспомнил слова охотника-промысловика Дмитрия Павловича Манзуркова, в таежном зимовье которого мы остановились: «...А окуни там, как вот эта чурка,— кивнул он на отрезок толстой сосны и с сомнением посмотрел на мою жиденькую удочку.— С такой былинкой и не суйся — окромя конфуза, ничего не будет...». Я тогда в душе посмеялся, но, не желая обидеть старика, не подал виду, что не верю ему. И вот...

Лодку-малютку крутило, разворачивало то в одну сторону, то в другую... Курсируя под лодкой и тем самым лишив меня возможности использовать амортизационные свойства удилища, окунь, по сути дела, обрек на неудачу все мои попытки завершить поединок в свою пользу. Наконец, раздался треск бамбука и тут же лопнула леска...

Долго я не мог прийти в себя. Потом, наскоро вернув в строй удилище, продолжил ловлю и всего за час наполнил садок плотвой и окунями. И хотя рыбы были крупные, многие почти до килограмма, перед глазами все время стояла «чурка», доставившая и незабываемую радость и непреходящее чувство огорчения...

Меню для горбача

Однажды зимой мы рыбачили на вологодской реке Уломке. Бойко клевал на мормышку с мотылем окунек. Как только приманка приближалась ко дну, кивок сгибался в поклоне, и вскоре очередная рыбешка, трепеща расправленными плавниками, падала на лед.

На глаза попалась небольшая красновато-бурая пиявка, затесавшаяся среди мотыля. Решил предложить ее окуням. И сразу ощутил довольно резкий удар — взял крупный окунь. За ним другой, третий. Два десятка мерных рыбин принесла пиявка, пока не была размочалена без остатка! И опять на мотыля стал брать окунь поменьше. Перетряхнув коробку с мотылем, обнаружил еще одну пиявку. Все повторилось, с той лишь разницей, что после нескольких поклевок кто-то там, в глубине, так резко дернул, что не выдержала леска.

Потом я не раз применял пиявку в качестве добавки на крючок и в большинстве водоемов — успешно, особенно на закоряженных участках. Это говорит о том, что к выбору приманки надо подходить обдуманно, всякий раз изыскивая именно ту, которая вызовет радующий душу бесшабашный клев.

Верной приманкой для крупного окуня, бесспорно, является малек, верховка — серебристая рыбешка, длина которой редко превышает 8 сантиметров.

Традиционная и в общем-то неплохая насадка — черви: дождевые, подлистники, навозные и пр. Технология их добычи известна, наверное, каждому. А вот специально готовят их к использованию на рыбалке далеко не все. Нередко на крючке удочки недостаточно искушенного рыболова висит нечто малопривлекательное даже для такой жадной рыбы, как окунь. Что же требуется сделать, чтобы черви, предназначенные для полосатого хищника, выглядели аппетитнее? Дня за два до выезда на рыбалку их промывают и помещают во влажный мох, траву или, на худой конец, обрывки бумаги. За это время черви очистятся от шлаков, окрепнут, станут шустрее и на крючке выкажут большую живость, что намного увеличит шансы на поклевку. Как видим, хлопоты пустячные, а польза — несомненная. И хотя еще Л. П. Сабанеев не советовал пускать в ход свежевыкопанных червей, а вот поди ж ты — и сегодня приходится напоминать об этом.

Широко применяют в охоте за окунем личинок насекомых, прежде всего мотыля. Укладывая мотыля в коробочку, желательно пенопластовую или деревянную, его пересыпают крахмалом, чтобы не слипался. В дороге и на водоеме мотыля оберегают от перегрева, равно как и от охлаждения.

К мотылю часто подсаживают на крючок опарыша — личинку синей мухи. Особенно привлекает окуня крыска — тоже личинка мухи, только желтой, ильной, имеющей длинный, в виде хвостика, отросток, посредством которого, выставив его из дурно пахнущей среды, она дышит. Найти крыску можно в сырых местах у животноводческих помещений, возле слива отходов молокозаводов и т. д. Заметим попутно, что личинки мух развиваются на неблагополучных в санитарном отношении субстратах, поэтому из гигиенических соображений их следует обязательно промывать в растворах стирального порошка или в мыльной воде.

Других личинок насекомых, развивающихся в воде, за исключением, пожалуй, ручейника, применяют реже. А они-то, как свидетельствует практика, отличная приманка для ловли крупного окуня. Речь идет о личинках стрекоз: красотке, лютке, стрелке, дедке, бабке, коромысле... Не уступают им и личинки бабочек — поденок и веснянок. Сохраняют их во влажном мху или в воде с добавлением водорослей, пучка мелких корешков.

Не откажется окунь от мяса рака; кусочка (полоски, квадратика или треугольника), вырезанного из бока белой рыбешки, желательно с чешуйками или перышком плавника; кусочка мяса моллюска; головастика и мелкого лягушонка; пескоройки — личинки речной миноги, встречающейся в песчано-иловатом грунте прибрежного мелководья: мормыша, особенно многочисленного на Урале и в Сибири; гольяна, пескарика, других мелких рыбешек. Зимой успех часто приноси личинка репейной моли.

|| следующая >>>