Их университеты

Могут ли рыбы учиться на чужих ошибках?

Всем известна такая вещь: поймал с одного места рыбу - другую, и клев стихает. Нужно ждать, иногда довольно долго, пока на этом же месте поклевки возобновятся.

Обычно этот феномен списывают на то, что попавшиеся рыбы, сопротивляясь, распугали остальных. За примерами далеко ходить не надо. «Первая же проводка приносит прекрасный экземпляр. Вторая рыбина, третья… и поклевки прекращаются. Это не значит, что мы выловили всю стайку, просто при вываживании елец сильно сопротивляется и распугивает остальных. Через час-другой сюда имеет смысл наведаться снова» (Андрей КАЛИНИН, РР №32/2005). Следующий пример еще более показателен. Павел Новолокин (РР №33/2005) пишет, что, при ловле форели на небольшой речке в Карелии, с одного места «удавалось взять за один раз от 1 до 3 штук, не более… После поимки «положенных» в данном месте, в данный момент форелей, клев прекращался напрочь, не помогали никакие ухищрения. Хотя, совершенно точно, форелей в зоне ловли стояло и кормилось гораздо больше: мои сотоварищи по путешествию, большие поклонники дайвинга, обследовали в гидрокостюмах и масках многие участки и 100 - процентно подтвердили это. Другим подтверждением служит и тот факт, что, придя на то же место через сутки или около того, снова удавалось поймать несколько форелек».

Во всех подобных случаях присутствует одна существенная деталь: как правило, удается поймать не одну, а несколько рыб. Почему, спрашивается, первая же попавшаяся не распугивает остальных? Что, до них не сразу доходит?

Скорее всего, «эффект распугивания» здесь, действительно, имеет место. Но есть все основания полагать, что не только он. В этих и похожих примерах мы сталкиваемся с другим явлением – с удивительной способностью рыб учиться на чужих ошибках, способностью, которую никак не следует недооценивать.

Еще в 1934 году американец Роберт Велтти обнаружил, что золотые рыбки начинают гораздо быстрее находить правильную дорогу в специальном экспериментальном лабиринте, если они несколько раз увидели, как это делают другие, уже знакомые с этим лабиринтом, рыбки. В дальнейшем это явление – способность учиться на чужом примере – назвали опосредованным, или имитационным, обучением.

Значение опосредованного обучения для благополучия и выживания вида огромно. Ведь это единственный способ узнать об опасности и научиться ее избегать, не подвергаясь при этом риску самому от нее пострадать. Но полезно оно и в других ситуациях – при поиске пищи, при миграциях, при освоении новых местообитаний. Во всех этих случаях менее опытные рыбы имеют возможность быстро обучиться правильным действиям не долгим путем проб и ошибок, часто небезопасных, а глядя на поведение своих более опытных собратьев.

Какое значение способность рыб к опосредованному обучению может иметь с точки зрения практики рыбалки? «В августе 1968 г. в старице Москвы-реки плавала стая (шт. 30) голавлей длиной 16 - 17 см. Они были очень активны и явно голодны. На удочку, наживленную кузнечиком, бросилась сразу вся стая. Один, схвативший наживку, был вытащен. На брошенную вторично наживку они бросились не сразу, а минут через 5. Третий взял наживку через 15 минут, а затем, на протяжении часа, ее больше не схватил ни один. Все подходили к наживке и испуганно уплывали прочь». Это цитата из книги известного российского ученого Б.П. Мантейфеля «Экология поведения животных», изданной в 1980 году.

Чтобы удостовериться, что дело здесь не в «распугивании», а именно в обучаемости рыб, ученые уже специально провели серию опытов на голавлях, лещах, ершах и некоторых других видах рыб реки Оки. «Научная ловля» проводилась на удочку в специальных бассейнах. Оказалось, что подопытным рыбам достаточно от 1 до 3 раз увидеть, как взявшего приманку собрата вытаскивают из воды, чтобы «понять», что эту «пищу» есть не следует, и соблазнить их на поклевку становилось уже невозможно. Память о полученном уроке сохранялась у рыб недолго – от суток до трех, после чего они его «забывали» и снова готовы были клевать. Но стоило таким, однажды обученным рыбам хотя бы раз снова увидеть, как попался на крючок один из членов их стаи, как они тут же «вспоминали» урок и наотрез отказывались от насадки.

Сегодня уже ясно, что способность учиться на чужом примере развита именно у рыб очень высоко. И это помогает понять многие особенности их поведения. Вернемся к примеру с форелями, которых Павел Новолокин ловил на вертушки в Карелии. Почему форель перестает брать после поимки 2 - 3 рыб? Ответ простой – она учится на чужих ошибках. Увидев 2 - 3 раза, что происходит с теми, кто соблазнился этой странной крутящейся и мелькающей штуковиной — вертушкой № 00, форели «понимают», что хватать ее не следует.

Становятся понятными и другие, казалось бы, загадочные вещи. Хорошо известно, например, что на тех водоемах, где постоянно ведется интенсивная береговая ловля на поплавочные снасти, возникает «пороговая дистанция», ближе которой рыба почти не ловится. Дистанция эта примерно соответствует максимальному расстоянию, на которое «достает» средняя — то есть наиболее массовая — удочка. На примере своих невезучих товарищей рыбы быстро обучаются тому, чтобы не подходить на кормежку к берегу ближе этой роковой для них черты.

Еще более загадочный пример хорошо известен спиннингистам. Часто бывает так, что хорошо работающая на данном водоеме приманка становится известной многим рыболовам, и ей начинают ловить чуть не все постоянные посетители этого водоема. Вскоре уловистость ее падает, а затем она и вовсе перестает ловить. Затем кто-то подбирает другой «ключик» к местному хищнику, и весь цикл повторяется. Опосредованное обучение позволяет объяснить и этот феномен.

И, в заключение, еще один, последний, пример. Помнится, в одной из статей о ловле красноперки на удочку говорилось о том, что каждый раз, при смене одной насадки на другую, например, кукурузы на червя, червя на манку и т.д., происходили 1 - 2 поклевки крупных экземпляров, после чего начинала клевать одна мелочь. Легко предположить, что и в этом случае срабатывало опосредованное обучение. Просто у более крупных, то есть более взрослых рыб, способность учиться на чужих ошибках развита сильнее, чем у молоди.

А. Цессарский
газета "Рыбак рыбака"№34